«Если мы построим сильные ВУЗы в регионах, то остановим отток молодежи»: интервью с Дамель Мектепбаевой
Отрицательная миграция характерна для Казахстана не первый год. Только за 9 месяцев 2021 года страну покинуло почти 7,5 тысяч молодых граждан.
![](https://5q.media/wp-content/uploads/2022/05/mektepbayeva-d-453x650-1.jpeg)
Биотехнологу Дамель Мектепбаевой 35 лет. Поступив в столичный медицинский университет, через полгода она уехала учиться в США на биотехнолога-химика по программе Болашак. Ее карьера после возвращения началась в Назарбаев Университете с должности ассистента профессора. Проработав в НУ на разных позициях, в 2021 году Дамель Мектепбаева перешла на работу в Kozybayev University в Петропавловске и стала проректором.
— Здравствуйте, Дамель! Давайте вначале поговорим о программах двойного диплома. Договор с университетом Аризоны — первый подобный случай в Казахстане?
— Похожие примеры в РК есть. КБТУ и КИМЭП, ALMAU сотрудничают с зарубежными ВУЗами, делают программы обмена, но американского диплома технического направления получить там нельзя. Аризонский университет не самый лучший в мире, но у него уже около 10 кампусов за рубежом. Вместе в ними к нам придут признанные обучающие программы. Поначалу Петропавловск не был на первом месте. Но ректору удалось убедить американцев. Они увидели, что строится большой лабораторный комплекс, есть преподаватели, говорящие на английском языке. Сейчас Аризонский университет входит в 40 лучших гос. ВУЗов США.
У нас же сумасшедший отток молодежи, особенно из регионов. Как бы изменилась область, если бы студенты учились дома. И молодым ученым не надо будет ехать в Нур-Султан. Вместо этого они могли бы работать здесь с такой же зарплатой в Петропавловске.
![](https://5q.media/wp-content/uploads/2022/05/dsc_0006-1024x683.jpg)
— Как поступить на программу двойного диплома?
— Абитуриенты сдают не только ЕНТ. Нужно сдать IELTS, TOEFL и написать мотивационное письмо на английском языке. Затем, студенты показавшие отличные результаты в 1 семестре, переходят в свою программу обучения. На 4 курсе они поедут учиться в Аризону. В итоге получат два диплома.
Первые четыре международные образовательные программы на сентябрь 2022-2023 года охватывают специальности в агротехнологическом направлении: наука о растениях и технологии, защита и карантин растений, биотехнология и пищевая безопасность. Затем мы планируем запустить инженерные и медицинские специальности. Возможно, охватим педагогическое направление. Вообще в планах запуск 10 совместных программ.
— Сколько будет стоить обучение?
— Важно, что образование для ребят бесплатное. Количество мест зависит от того, сколько грантов даст государство. Я думаю, что в этом году будет 500 грантов. Обучение будет в Петропавловске, здесь же мы строим два новых студенческих общежития.
Из общего числа преподавателей 30% будут иностранцами, проживающими в Петропавловске. Зарплаты им выделяются из госгранта. Необязательно, что они будут из США. Однозначно такое обучение студентов обойдется государству в 5 раз дешевле, чем отправлять студентов за рубеж на весь период.
— Что сегодня происходит с высшим образованием в регионах?
— У нас лучшие центры образования концентрируются в Нур-Султане и Алматы. Дело не только в недостатке финансов. Это комплексная проблема. Кадры стремятся в Алматы и Нур-Султан из регионов, где развита инфраструктура. Если сравнить Назарбаев университет и региональные ВУЗы, то у них нет таких дорогих лабораторий. Естественно они отстают, что негативно сказывается на уровне жизни населения. При этом большая часть молодежи учится именно в региональных ВУЗах. А это те люди, которые и будут формировать Казахстан.
Мне за это обидно, тем более я жила в Петропавловске и знаю, что в городе сильные школы. Но при этом мало, кто слышал про университеты. Сейчас Kozybayev University уже на слуху. Я посчитала, что если мы построим сильные ВУЗы в регионах, то остановим отток молодежи.
![](https://5q.media/wp-content/uploads/2022/05/dsc_2395-1024x683.jpg)
— Какие изменения нужны в системе высшего образования?
— Необходимо, чтобы в каждом регионе были сильные ВУЗы. Нужно строить инфраструктуру в областях. Нужны лаборатории, научные центры. Необходимо закрыть те многочисленные университеты, которые за деньги выдают дипломы. Пока мы их не закроем, недоворение к качеству казахстанского образования не исчезнет.
— Как студенту извлечь максимум пользы из учебы?
— Не все могут поступить в престижные ВУЗы. И даже если университет не нравится абитуриенту, надо выжимать максимум из своего обучения, наседать на профессоров. Подавать на международные гранты, на стажировки, участвовать в конкурсах. Каждое лето пытаться попасть на практику в компании, пусть и бесплатно. Тогда к 4 курсу будет что можно написать в резюме. Я каждое лето, когда возвращалась в РК, проходила бесплатную практику в разных лабораториях. Карьерных путей на самом деле много.
Надо понимать, что возможности не прицеплены только к престижному и дорогому ВУЗу. Моя сестра закончила ЕНУ, а сейчас работает в ООН на руководящей позиции. Даже с научной точки зрения нельзя сказать, что если человек закончил не топовый вуз, то шансов у него нет. Конечно, корреляция есть. ВУЗ дает крепкую опору для карьеры, но все в руках человека.
— Какие специальности, на ваш взгляд, будут наиболее востребованы в ближайшем будущем?
— Будут нужны инженерные и естественные специальности (биохимия и биотехнология), агротехнологии (еда). Также все специальности, связанные с IT.
— Насколько престижно сегодня быть ученым в Казахстане? Сколько зарабатывают научные работники?
— Средняя зарплата казахстанского ученого в районе 200-300 тысяч тенге. Когда я училась в школе, то профессия была не популярна. Поэтому я занимаюсь большим количеством мероприятий по популяризации науки и вижу, что отношение людей меняется.
В Казахстане в год на науку тратится 0,13% от ВВП и этого мало. Но если резко увеличить финансирование, то количества ученых просто не хватит на проведение исследований. Надо взращивать ученых, строить лаборатории, обучать их английскому, вкладываться, чтобы они учились писать для международных научных журналов. Если финансирование, как планировалось, дорастет до 1% от ВВП, будет хорошо. Но одновременно должна строиться инфраструктура.
— Случались ли у вас моменты, когды вы чувствовали себя ненужной как ученый в Казахстане?
— Система финансирования работает так: вначале группа ученых подает заявку на грант от МОН. Если деньги выделили, то они идут на оборудование, зарплаты, расходники, поездки и другое. Но, если грант не выиграли, то ученные остаются без зарплаты. Поэтому мы всегда в подвешенном состоянии, что будет на следующий год.
У меня всегда было много научных проектов, поэтому я не чувствовала себя ненужной. Но были моменты, когда не знаешь, выиграешь ли грант.
— В чем вы измеряете свой личный успех и как относитесь к неудачам?
— Для меня важны небольшие победы. Допустим, когда дети поступают на гранты, или проект прошел инкубацию в крупный центр. Дети пишут мне об этом. Большим достижением было, когда мы привезли и адаптировали американскую технологию проведения операций на сердце Heat Stitch. При помощи нее была успешно проведена операция на сердце мальчику. Я поняла, что теперь это работает в Казахстане. Маленькие победы радуют. Но фейлов было гораздо больше. Люди читают про меня и думают, что я все выигрываю. Но из трех попыток выигрываешь тольку одну, а это остается за кадром. Бывает обидно, но я не зацикливалась на неудачах.